Олеся Миронова

 

 

Миронова Олеся Игоревна.

30 лет.

Ульяновская область, Сурский район, р.п. Сурское.

Место работы: Муниципальное бюджетное учреждение «центр бухгалтерского обслуживания и материально-технического обеспечения учреждений культуры» муниципального образования «Сурский район» Ульяновской области (МБУ «Центр БО и МТП учреждений культуры» МО «Сурский район»)

И пришла весна

            Шёл январь 1813 года. Вся страна отпраздновала победный Новый год. Уходящий год был самым тяжелым в империи, унёсший множество жизней в войне с Наполеоном, но принёсший победу нашей великой державе.

            Графиня Волкова, в свои двадцать лет потеряв мужа в бородинском сражении, овдовела осенью того года, стояла у окна своей комнаты, облачённая в пышное чёрное платье. Её бледное красивое лицо не выражало никаких эмоций, лишь её синие глаза отражали недовольство. Каштановые волосы графини были заплетены в тугую причёску, лишь несколько завитушек спадали на её тонкие плечи. Екатерина Волкова несколько раз прочитала письмо, находившееся у неё в руках, и с каждым разом её недовольство и волнение усиливались.

            Потеряв мужа несколько месяцев назад, Екатерина вернулась в поместье своих родителей Андреевых в Симбирской губернии. Но сегодня утром пришло письмо от её свекрови с просьбой вернуться в Петербург. Графиня вглядывалась на заметённую снегом знакомую с детства улицу и ещё больше желала остаться в родительском доме.

            Наконец графиня позвонила в колокольчик, чтобы позвать крепостную. Настасья тихо вошла в комнату и поклонилась. Екатерина улыбнулась девушке и попросила собрать сундуки. Завтра утром им предстоит оставить это поместье и выехать в Петербург, если погода окажется благосклонной. Настасья кивнула и принялась исполнять волю барышни.

            Екатерина тем временем спустилась в гостевую комнату своей матери.

            - Маменька, - произнесла графиня, подсаживаясь к матери, дремавшей на софе. – Завтра утром я покину Вас, маменька. Мне велено срочно выехать в Петербург.

            - Почему? – удивилась княжна Андреева, протирая сонные глаза.

            - Сегодня мне пришло письмо из Петербурга, в котором велено немедля вернуться, – ответила графиня.

            - Твой траур только начался, и я не вижу причин, чтобы тебя могла вызвать графиня Волкова, - возмутилась княжна.

            - Я знаю, маменька, но Ольга Дмитриевна больна, и юной Лизе нужна компаньонка, – отвечала Екатерина. – В конце следующей недели император Александр устраивает бал во дворце, и юная Лиза не должна его пропустить. Я буду её сопровождать, - вздохнула графиня.

            - Ох, дорогая! – воскликнула княжна. – Но ты же носишь траур, а у графини Ольги есть сестра, которая вполне может взять на себя заботу о своей племяннице, – возмущалась Мария Петровна.

            Княжна Мария Петровна Андреева обладала поистине невероятной красотой. Она была полной противоположностью своей дочери, которая и внешне, и умственно походила на своего отца. Княжну украшала копна светлых волнистых волос, которые непослушными локонами выпадали из причёски. Она носила исключительно платья пастельных тонов, чем при первом знакомстве напоминала скорее ангела, чем человека, что нельзя было сказать о её озорном характере и волевой силе духа.

            - Полно Вам, маменька, - произнесла Екатерина. - Графиня Ольга явно неспроста вызвала меня в Петербург. И хотя мне не хочется ехать, всё же мне придётся подчиниться её воле, – сказала Катя и замолчала. А затем, слегка понизив голос, добавила, - так будет лучше для меня. Я не была в том доме с самых похорон Андрея. – На её глазах выступили слёзы.

            - Доченька, – вздохнула княжна и принялась утешать свою дочь.

            - Ничего, маменька. Боль от утраты начала утихать, - успокаивающе произнесла Екатерина. – Он был слишком молод и импульсивен, чтобы выжить в этой войне.

            - Где ты набралась таких мыслей? – ужаснулась её мать.

            - Маменька, но это же правда? – выпалила графиня. – За это я его и любила! Вспомни, в нём было так много жизни, импульсивности и чувственности. С какой страстью он читал мне стихи о любви. А сколько было в нём патриотизма. Ах, мамá! Всё, за что я его любила, его и погубило.

            Княжна Мария смотрела на свою дочь, как две капли похожую на её мужа, такую молодую и такую мудрую не по годам, и не знала, как ей утешить своё дитя.

            - Давай, когда ты вернёшься из Петербурга, отправимся вдвоём в Европу? – вдруг предложила княжна.

             - Давайте, маменька, – согласилась графиня. – Я вернусь в конце марта, с первой капелью.

            - И хорошо, - ответила её мать. – Мы поедем в апреле, когда сойдет снег. А твоего отца оставим приглядывать за домом, – хитро улыбнулась она.

            - Пусть наша договорённость останется между нами, маменька, - улыбнулась в ответ Катя, её мать кивнула, и женщины обнялись.

             Наутро графиня Волкова покинула родительский дом вместе с Настасьей. Её отец, будучи в отъезде по делам, не смог простится с любимой дочерью, а слёз его жены хватило на них обоих, чего он, кстати, рад был пропустить.

            Путь юной графини без малого занял 4 дня. И вот она вновь очутилась в Петербурге, в недавно дорогом её сердцу, а теперь совсем чужом доме, из которого несколько месяцев назад, задыхаясь, ей пришлось уехать.

            - Вот я и дома, - вымолвила графиня и вышла из кареты.

Она прошла до двери по знакомой лесенке и постучала, а когда слуга открыл ей дверь, вошла. Любимый когда-то ею дом вновь начал её душить. Но она подавила это чувство и крикнула, отдавая шубу мальчугану.

            - Матушка! Я дома!

            Катя прошла в гостиную и встала у камина, чтобы согреться после долгого путешествия, дожидаясь, когда Настасья приготовит ей горячего чаю.

            - Катерина, моя дорогая! – в гостиную ворвалась графиня Ольга с протянутыми руками и обняла Катю. – Здравствуй. Я рада, что ты откликнулась на моё письмо и вскоре приехала. Лизе будет намного приятнее с тобой, чем со своей тётей, – говорила она.

            - Я всегда рада помочь вам и Лизе, матушка, - устало улыбнулась Екатерина.

            - Я так рада, что, невзирая на свое положение, ты согласилась сопроводить Лизи на бал, – болтала графиня Ольга. – Я оставила своё здоровье, сопровождая Лизи на званые вечера к нашим дорогим друзьям, – жаловалась она. – Всю неделю я мучилась с сильными головными болями и лихорадкой. Сейчас мне уже лучше, но доктор не советует посещать многолюдные места, чтобы вновь не подхватить хворь, а мой дорогой граф слишком занят своими делами, чтобы уделять достаточно внимания своей дочери, – закончила графиня свои жалобы, но весь вид её благоухал здоровьем.

            Ольга Дмитриевна Волкова была невысокой женщиной слегка пухлого телосложения. По французской моде, она носила корсет, что делало её формы ещё более округлыми. Пышные фасоны платьев делали её ещё толще. Светло-русые волосы были завиты в упругие кудри, а пышная помпезная причёска давно вышла из моды, как и корсеты, но она не изменяла своему чувству стиля. Графиня Ольга наносила на лицо пудру и румяна, из-за чего часто выглядела как француженка с картины 14 века. Невыносимый характер графини заставлял её мужа часто проводить время в своём кабинете за работой, либо прятаться под крылом своей любовницы, о чём знали все, включая его детей.

            - Моё положение и чёрное платье оттолкнут всех поклонников и позволят вписаться в круг сопровождающих дам более зрелого возраста и того же положения, что и я, – заверила её Екатерина с лёгкой улыбкой на лице.

            - Как жаль, что мой дорогой Андрей не дожил до этого дня, – наиграно всхлипнула старшая графиня.

            - Знаю, матушка, – тихо успокаивала свою свекровь Катя. – Мне тоже его не хватает. Не хватает его улыбки, страсти мышления и озорных огоньков в его карих, похожих на ваши, глазах.

            - Ох, Катерина, извини! – воскликнула графиня Ольга. – Я должна была подумать о твоих чувствах.

            - Ничего, матушка, – успокоила её Екатерина. – Сейчас наша поддержка нужна Лизе. Она очень юна и чувствительна, как и её брат. Ей намного тяжелее, чем нам с вами.

             Не успела Екатерина закончить фразу, как в гостиную влетела Лиза и набросилась на неё с объятиями. Позже в дверь постучала Настасья и подала дамам горячего чаю. За разговором время пролетело быстро. Лиза в основном говорила о предстоящем бале и о количестве своих ухажёров. Ольга Дмитриевна переживала за Лизино платье для императорского бала. Вскоре мать и дочь покинули Катю, и та смогла вздохнуть спокойно. Она поднялась в их с Андреем комнату, рухнула на кровать и заплакала. Проплакав так около часа, она наконец задремала.

            Позже, вечером, вернувшись домой, граф Волков поднялся в спальню Екатерины, чтобы поприветствовать её. Он был обеспокоен и возмущён желанием жены, чтобы его невестка в трауре посетила бал. Но смирился с её решением. Всё, что он мог сделать для Кати, это время от времени давать ей отдыхать от общества своей жены.

            Прошла неделя с приезда Екатерины в Петербург, а значит, пришло время бала. Ей так же, как и Лизе пришлось купить платье к столь знаменательному событию. Обе девушки нарядились к балу в свои платья.

Лиза надела ампирное платье небесно-голубого цвета из муслина, а не чисто белого, как было сейчас в моде у юных барышень, с короткими рукавами, чтобы те не мешались в танце. Талию она подчеркнула голубой атласной лентой, а глубокое декольте смотрелось по французской моде вызывающе. Лизе заплели красивую прическу и украсили также голубыми лентами. Она надела золотую цепочку с кулоном из жемчуга и осталась довольна своим видом.

            Екатерина облачилась в черное платье из крепа с высоким воротником и пышными длинными рукавами, платье было не сильно пышное, но подчёркивало осиную талию. Екатерина надела шляпку с вуалью и накинула на плечи накидку из бомбазина. Одев роскошный, но, в то же время, строгий наряд, Екатерина удовлетворительно кивнула отражению в зеркале и вышла из комнаты.

            Обе девушки собрались в холле. Вокруг Лизы хлопотала графиня Ольга. А граф Волков, Игорь Александрович, посчитав затею жены абсурдом, решил сопровождать обеих девушек на бал.

            Екатерина впервые участвовала в роли дуэньи, и всё ей это было в новинку. Она была очень благодарна своему свёкру, за то, что тот отправился с ней, и косые взгляды не будут столь злыми. Лиза всё это время находилась в предвкушении бала и не замечала никого вокруг. Граф Орлов смотрел на свою несмышлёную дочь и сочувственно похлопывал Катю по руке.

            Вскоре карета подъехала к Зимнему дворцу, и слуга открыл дверцу кареты. Граф Орлов вышел первым, он подал руку сперва Екатерине, а затем своей дочери. Как только троица вошла во дворец, то все взоры обратились на молодую вдову. Екатерина чувствовала себя некомфортно и начала, было, паниковать, но граф не растерялся, положил руку невестки на свою и успокаивающе похлопал. Лиза же была так поражена великолепием бала, что не обратила внимания на косые взгляды.

            Граф Орлов хмуро глядел на свою дочь, а та восторгалась роскошью бала и не обращала на него внимания. Завидев своих подружек, Лиза отпросилась у отца и покинула своих родных, оставив их одних. Граф провёл невестку в дальний конец зала, где вдвоём они уселись на софу и завели довольно интересную для обоих беседу, но и не забывали приглядывать за Лизой.

            Позже к ним присоединился один из знакомых графа. Это был высокий мужчина крепкого телосложения лет на десять старше Екатерины, одет он был по последней моде: тёмно-синий жакет с высоким воротником, белая накрахмаленная рубашка с высоким, под горло, воротником и ярким бордовым шейным платком, панталоны его были коричневого цвета и высокие чёрные кожаные сапоги. Тёмно-русые волосы были уложены, а бакенбарды еле доходили до половины щеки. Глаза его, казалось, были угольно-чёрного цвета, но иногда проскальзывал янтарный оттенок. Катя была удивлена, что ей оказался интересен этот мужчина, и она изо всех сил старалась скрыть своё волнение. Он представился как князь Гаврилов. Его родовое поместье было в мордовском уезде, что совсем близко от Симбирской губернии. Лицо его не было красивым, но оно обладало своим шармом. Во время беседы с ним, Катя отметила его живой ум и здравомыслие, чего иногда не хватало её мужу. Переволновавшись, графиня отпросилась у свёкра на балкон, чтобы немного освежить голову.

            Молодая графиня никак не могла представить, что так скоро её может взволновать существование какого-либо мужчины. Чуть позже она увидела, как к отцу подошла Лиза, а затем князь Гаврилов повёл её танцевать. Вздохнув с облегчением, Екатерина вернулась в зал. Взяв под руку своего свёкра, она предложила пройтись по кругу. Граф очень радостно на это согласился и повёл свою спутницу по залу. Им встречались разные люди, некоторые улыбались, а некоторые косо посматривали на Катю.

            Через несколько часов бал закончился, и вся троица отправилась домой. Лиза безумолку болтала о бале и ухажёрах. В кого она, по её мнению, была влюблена, а кто ей был неприятен. Ещё Лиза отметила, что князь Гаврилов очень привлекательный мужчина, но он слишком стар. Катя же была совершенно иного мнения, что именно возраст и делает этого мужчину столь привлекательным.

            Позже, когда троица вернулась домой, Катя отправилась отдыхать, а граф закрылся в своём кабинете. Лиза же побежала сразу в спальню своей матери, чтобы всё подробно и в деталях ей рассказать. Так закончилась эта ночь.

            Пролетали недели. Катя почти не выходила из дома, а Лиза с матерью посещала званые вечера. Отчасти это была заслуга графа Орлова, он настоятельно запретил своей жене вовлекать невестку в светские мероприятия, а отчасти это была заслуга Кати, Лизе было с ней так скучно, что она упросила маменьку её сопровождать, на что та не смогла ей отказать. Все дни молодая графиня проводила в кабинете своего свёкра, помогая ему с работой.

            Наконец наступил март, и с первой капелью Екатерина уехала домой. Графиня Ольга и Лиза лишь словом проводили свою невестку, а граф Орлов решил поехать с ней и повидать свата, которого не видал уже год. Екатерина с радостью простилась с этим домом и надеялась, что ещё не скоро сюда вернётся. Путешествие со свёкром не казалось таким долгим, как одной. Всю дорогу они беседовали о земледелии, арендаторах и книгах. Четыре дня пролетели как один, и вот они уже находились в родовом поместье Андреевых.

            Князь Андреев был очень рад повидать графа, но больше всего он обрадовался дочери, что так внезапно покинула отчий дом. Княжна Мария радушно встретила гостя, но, оставив его на попечение своего дорого мужа, увлекала свою дочь в спальню, чтобы та смогла отдохнуть.

            В этот день молодая графиня отужинала в спальне. Княжна Андреева, отужинав с мужчинами, отправила их в кабинет, а сама поднялась к дочери. Женщины всю ночь проговорили о Петербурге и графине Ольге, уснули в обнимку. Утром Катя проснулась, поцеловала спящую мать в щёку и позвонила в колокольчик. Настасья принесла кувшин воды для умывания и чистые полотенца для обеих барышень.

            Летели дни. Граф Орлов, казалось, собрался остаться в семье Андреевых навсегда, но письмо жены вызвало его срочно в Петербург. Когда граф уехал, князь Михаил Николаевич немного заскучал, а его жена вздохнула с облегчением, ведь вскоре им с Катей предстоит отправиться в Европу.

            Середина апреля выдалась необычайно жаркой, снег и лёд полностью сошли, подготовив почву к весеннему озеленению. Княжна Мария сообщила мужу, что в конце месяца они с Катей отправятся в Европу на всё лето. Бабушка Марии Петровны оставила ей небольшой домик в Бельгии, куда они и направятся, предварительно посетив Вену, Италию и Германию. Князь был обескуражен этой новостью, но посчитав, что в отсутствие жены он может пригласить к себе своих друзей, совсем скоро перестал горевать.

            Катя с матерью вскоре отбыли из страны. В первую очередь они поехали в Германию. Побывав в местном обществе, дамы вскоре отбыли в Италию, но и здесь им не пришлось по вкусу местное общество, и женщины отправились в Вену. Пробыв там несколько дней, на прогулке в парке они повстречали князя Гаврилова. Он был очень удивлён увидеть не столь знакомое лицо, а сколько эту загадочную девушку, что прятала на балу лицо за вуалью. Княжна увидела интерес дочери к этому мужчине и улыбнулась. Молодые люди завели новое знакомство, Катя представила его своей матери, и он стал частым собеседником в их обществе.

            Через пару недель молодым пришлось проститься. Екатерина с княжной отправлялись в Бельгию, а молодой князь Гаврилов возвращался в Россию.

            - Он тебе нравится, – заметила княжна, когда карета отъехала от гостиницы.

            - Очень нравится, – томно произнесла Катя и задёрнула штору на окне, чтобы скрыть облик князя.

            - Не жди слишком долго, а то его кто-нибудь уведёт, – произнесла княжна Мария.

            - Мамá, я нахожусь в трауре. И мне даже думать о другом мужчине нельзя, – возмущалась графиня. – И если он женится на ком-то, то таков мой удел. Я буду всю жизнь носить траур.

            Княжна посмеялась над мыслями своей дочери, но больше эту тему не затрагивала.

            Через несколько недель дамы прибыли в Бельгию и осели в доме, оставленном бабушкой княжны Марии. Всё лето дамы провели в обществе друг друга, лишь изредка посещая магазины. В конце лета им пришлось возвращаться в Россию, а траур Кати подходил к концу. В сентябре князь Андреев был счастлив встречать своих дам. А по приезду домой он вывалил на свою дочь кучу разных писем. На которые ей пришлось отвечать почти неделю.

            Княжна Мария рассказала своему мужу, что в Вене у их дочери появился поклонник, на что князь очень негативно отреагировал. Ему больно было смотреть, как его дочь в двадцать лет осталась вдовой, и больше её слёз видеть он не желал. Княжна больше ничего рассказывать мужу не стала, а начала продумывать план, как пригласить князя Гаврилова к ним в поместье.

            В октябре Екатерина сняла траур по погибшемумужу и предпочла носить платья зелёного и синего цветов. Её платья были из муслина, ампирный фасон платьев придавал ей ещё больше элегантности.

            Прознав, что Екатерина вернулась из путешествия, граф Орлов счёл нужным поехать в дом своего свата. На тот момент в доме графа гостил князь Гаврилов, а оставлять его с двумя дамами было опасно, граф принял решение пригласить его с собой. Новым знакомствам, если они были толковыми, его сват всегда был рад, а посему он решил, что там гостю будут рады. Вскоре мужчины прибыли в поместье князя Андреева и остались там на несколько недель.

            Князь узнал от жены, что незнакомый гость и есть поклонник его дочери и настроился, было, к нему неодобрительно, но мужчина был зрелым и обладал живым и прогрессивным умом, что никак не могло привлечь князя Андреева и отринуть все предрассудки.

            Вновь встретив вдову Андрея Орлова, князь Гаврилов потерял дар речи, когда увидел её за ужином. Девушка нарядилась в тёмно-зелёное платье модного в те дни фасона. Вырез был украшен белым кружевом до самой её шеи, которая была украшена золотой цепочкой с крестиком. Волосы её были заплетены в лёгкую причёску, отчего она казалась ещё более прекрасной. Граф Орлов также отметил, что траур ей был не к лицу, за что получил благодарность.

            Новое знакомство молодых людей разожгло из искры пламя любви. Но Екатерина боялась бросаться в омут чувств к Николаю Гаврилову и старалась сохранять дистанцию, отвечая взаимностью. Особенно ей было стыдно перед графом. Чуть больше года назад он потерял сына, а она уже увлеклась другим мужчиной.

            В одно утро, граф пригласил её прогуляться по магазинам, и она согласилась.

            -Я вижу, Николай проявляет к тебе серьёзные намерения, – произнёс граф.

            - Извините меня, батюшка, – смутилась Екатерина, – мне стыдно, что вы заметили наши чувства.

            - Полно тебе, дорогая, – успокоил её граф. – Тебе всего двадцать один год. Не думала же ты, что всю жизнь проплачешь по моему непутёвому сыну? – Катя не знала, что ответить, и граф продолжил. – Послушай меня, дорогая. Если ты не протянешь к нему свои рученьки, потом очень об этом пожалеешь, – сказал Граф Игорь. – Почему я увёз его из Петербурга и привёз сюда? – спрашивал он.

            - Потому что вы не могли его оставить? – осторожно произнесла Екатерина.

            - Вот ещё! – воскликнул возмущённо граф. – Я привёз его потому, что Лиза им заинтересовалась, а она ему совсем не пара. И я решил, что твоя компания подойдёт ему как нельзя лучше.

            Молодая графиня не поверила своим ушам, граф развеял все её страхи. Остаток пути они не затрагивали больше эту тему, а граф решил купить своей невестке брошь. Это был его прощальный подарок, а на следующее утро он отправился в Петербург, оставив молодого Гаврилова в доме семьи Андреевых.

            Чувства Кати и Николая становились всё сильнее. Он познакомил своих родных с семейством Андреевых, а через год было объявлено об их свадьбе. На торжество также были приглашены графство Волковых и семья жениха Лизы.